Запомнить этот сайт


Рекомендуем:

Анонсы
  • Лето 2 >>>
  • Повесть >>>
  • Люськина осень >>>
  • PostScriptum >>>
  • К темам Китса >>>





Произведения и отзывы


Случайный выбор
  • Мадам Сирота  >>>
  • Осень-8  >>>
  • ...К полотнам Модельяни   >>>

 
Анонсы:


Анонсы
  • Мадам Сирота >>>
  • Лето 1 >>>
  • Мадам Сирота >>>
  • Внимание, малолетки >>>
  • Жмурки на дурке >>>






Люськина осень

Люськина осень

 

«Чёрный ворон переехал

молодую жизнь мою»...

Из песни

 

Летели листья, метелью осенней густо сыпались на полы мощённой булыжником Молдованки... Люськин любимый — вор, потенциальный лагерник. Значит, ждать девушке отломится по жизни грустной, как сядет, как выйдет, и снова по кругу. Здесь, на Молдованке, к таким раскладам1 просто относятся: тут всяко бывает, всякие живут, и блатные тоже.

 

1 Положение вещей.

 

Вот и карты гадальные о том же гуторят: мол, дом казённый, каша пшённая, тюрьма центральная, дорога дальняя — предмету Люськиной любви в ближайшем будущем ломятся(1).

После за ним придут, после! Пока поляну накрыть(2)  надо, еду горилкой сдобрить: он поесть и выпить мастак. Да и целовать мастак. Ох, как забьется Люська в руках его крепких да забредит губами жаркими. После засвербят свистки ловчих, и «луноход»(3)  у подъезда на Хуторской у тринадцатого номера замигает фиалочным светом. Может, и несчастливый в тираже выпал тринадцатый, а все ее, Люськин, номер. Мать, как от цицек отлучила, сбежала в до сих пор не известном направлении. Отец растил сам. Он в Литейке по горячей сетке трудится. И сегодня ночью работает, так что подфартило голубкам: уж наворкуются всласть. Тело по милому ноет, душа мычит коровёнкой недоенной. Как подумается, что скоро придёт, соски коченеют, а как все одно закроют любимого — ноги холодеют.

Пол в доме деревянный,  теплый,  ковриками  всплошную  укрытый.  Всматривается Люська в часы — стоят, слушает — тикают, идут значит...

Скоро постучит в двери осторожно, заскребётся котом мартовским... Ищут его лягавые, по следам шнерают. Не ходил бы по воле(4), уехал, на дно залег бы да отлежался: опасно в городе. Он и слухать не хочет, что поделать — любовь. Папаня брался дружка сердечного к себе на завод устроить, да поздно теперь. А то жили бы как люди, без боязни. Не исправить сегодня ничего, к столу подавать

пора: скоро милок появится.

У Люськи своя тайна имелась, которую берегла от всех, о том, как в Кишиневе проституцией занималась. Это после слово красивое про это придумают — путана, а тогда никакой романтики — шлюха и всё. Начинала она со стриптиза. Для дяденек пузатых, под музыку, при светике розовом, попкой в бельишке ажурном повертит, трусики приснимет и хватит. Груди, конечно, голенькие, девичьи, упругие, только соски вялые: без интереса Люська это делает, за деньги. Родителю хотелось подсобить да и себе на шпильки подработать. Выскочило по-другому, и только стриптизом не обошлось. Облапал ее жирный дяденька, раскраснелся, запыхтел и на  животик,  Люськин,  упругий,  серьезную  сумму  положил.  Не смогла она отказаться. Так дорогой(5) стала и капиталец на этих занятиях сколотила.

Бросила Люся это, как влюбилась, и никто ни сном, ни духом про кишиневское прошлое не знал. Нет, не совсем так, кое-кто сведения о приключениях тех имел...

Дверной звонок пропел мелодию «Калинка-малинка». Незнакомец, в костюме и при галстуке, сразу перешел к делу, фотки бросил на стол, на которых Люська во всей красе камасутру в массы внедряет.

— Сдашь своего, говорит, и фотографии, и негативы к ним получишь. А нет, он просмотрит все блядство твое. Как возьмем — сразу покажем авторитету(6), с кем жил. В общем, когда появится, к телефону подойдешь, снимешь трубку, потом тихонько обратно положишь, даже звонить не нужно, вроде милого и не сдала.

Люська на колени перед ментом грохнулась, молить стала, деньги предлагать, все до копеечки, себя голую. Не взял этот в прикиде(7), ушел, сухо повторив:

— Как явится, трубку телефонную поднимешь и опустишь, все!

Через часок милый в дверь зацарапал. В слеповатой прихожей целовать стал, руками крепкими обнимать, которые подарками заняты.

Он завсегда ей дорогую вещь приносил в коробочке бархатной: то браслетик, то цепочку или сережки золотые с камушками мелкими. А в другой руке цветочки держал полевые — ромашки. Гадай, мол, любит — не любит. Люська накормила, попарила и отдалась. Уснул родной сладко, а Люська пошла к прихожую, к теле- фону...

Время  календари  листало...  Новые  хозяева  на  плаву  Люську держали, хорошо платили. Как женщину ее не оприходовали, пользовали сугубо как суку. Стучала Люся исправно. Так и жила она одна...  О  милом  своем  интересовалась  у  «товарищей»  будто вскользь. Затерялся он в лагерях: бунты, раскрутки, заточка(8) в желудок... Нет его — пропал...

Люся уже пребывала в том женском возрасте, когда идут с базара. Сидит она в сквере, что подковой на миру залежался. Домой идти не хочется, тихо там, одиноко. Значит, правда: пропал милый.

Люся от квартиры в новом районе отказалась, все ждала, только бы пришел, а там хоть и зарезал — все одно.

Тут  Парамонов,  пожилой,  лысый,  начальник  жэка,  свататься стал. Долго ходил, пороги отбивал. Давай, мол, поженимся. Я хоть и не молод, а все за жизнь подсобрал: и квартира есть, и «москвичонок» хоть старенький, а колеса крутятся. И тебе пора при мужчине  быть,  сколь одной куковать,  не  молодеешь,  пора... Этими обещаниями Парамонов Люську и уговорил.

Промерзла она. Встала и побрела на Молдованку в свой тринадцатый двор. Зашла в квартиру, расстегнула пальто, села на кухне, стала слезами ком из горла давить. Наплакалась. Стол подправила, косметику на лицо набросила. На часы глянула — без пяти пять. Они с Парамоновым на пять вечера договорились. Он мужик обстоятельный, пунктуальный до тошноты, придет вовремя. Сегодня — ужин, а завтра — в загс.

Дверной  звонок  проиграл  «Калинку-малинку»,  и  неуклюжий Парамонов в дверях с одеколоном французским и букетом ромашек.

«Вы проходите, Сергей Иванович, я сейчас», — говорит Люська и в прихожую стрелой. В ушах голос вора любимого:

«Любит — не любит, любит — не любит? Не любит — раз ментам сдала».

Люська к телефону подходит. Трубка на столике рядом с аппаратом лежит, и слышится ей зуммер монотонно твердит: «Любит, любит, любит!»

Открыла она дверь в парадное. Пошла вверх по лестницам вымытым. Поднималась медленно. Оглядывалась. Прислушивалась, вдруг милый окликнет, пусть и словом позорным1, хоть так.На последнем этаже окно с силой толкнула, так что голуби шумно разлетелись, и сиганула вниз.

Полетела Люся на полы мощённой булыжником Хуторской, шмякнулась на мостовую, не пикнув даже. Листья летели, сыпались метелью осенней сверху, с неба на неподвижное тело Люси, падали.

 

_______

1 Ожидают, будут.

2 Накрыть стол.

3 Милицейский рафик с «мигалкой».

4 На свободе.

5 Хорошо оплачиваемой.

6 Имеющий значимость в блатном мире.

7 Хорошая одежда.

8 Тюремный нож.

 

 
К разделу добавить отзыв
реклама
Все права принадлежат автору, при цитировании материалов сайта активная ссылка на источник обязательна